Иисус, глядя на небо, вероятно, молился. Кроме того, Он тяжело вздохнул или, точнее, простонал. Может быть, это была усиленная молитва. Стон мог говорить о трудности борьбы с бесом болезни, но это могло быть и вздохом сострадания. Правда, некоторые видят в этом слове проявление гнева, как в случае с прокаженным. Евангелист сохранил арамейское слово «эффата» и тут же дал его перевод. Слух и речь тотчас восстанавливаются. Хотя Иисус приказал больному и тем, кто его привел, молчать об исцелении, они, как и прокаженный нарушают Его приказание.
о. Вальдемар
