Маленькая притча о закваске говорит тоже о возрастании Царства Божьего. Некая хозяйка «спрятала» закваску в три «меры», т.е. примерно в 40 литров муки. Тесто поднялось и его рост символизирует творческую силу Божию, которая из маленькой , почти незаметной закваски начала христианского движения производит великое движение всемирной христианской миссии Евангелия Царства Божьего. Силой Божьей «все вскисает».

о. Вальдемар Важиньски

Человек, нашедший сокровище, – наемный работник, поденщик, работающий на чужом поле. Спрятанное сокровище – излюбленный мотив восточного фольклора, это, вероятно, кувшин с золотыми монетами или с драгоценностями. Жемчуг в древности чрезвычайно высоко ценился, вероятно, так, как сейчас ценятся бриллианты. Важно, что купец ищет жемчуг – только те, кто всеми силами устремляются к Царству, ищут его, способны его найти и увидеть. Ради драгоценной жемчужины купец без колебаний отдает все, что он имел. Притчи о сокровище и о жемчужине можно назвать притчами о великой радости. Что здесь главное? То, что человек так переполнен радостью от своей находки, что он не может поступить по-иному. Ради нее он не задумываясь отдает все, что у него есть. Слово «радость» – ключевое для понимания этих притч. Иисус требует от людей полной самоотдачи, но это не мучительная жертва, не подвиг самоотречения аскет или героя, не насилие над собой. Нет, радость, переполняющая человека от встречи с Царством, столь велика, что все остальное теряет всякую ценность в сравнении с ней. Только тогда можно понять слова Иисуса о том, что Его ярмо легкое и доброе.

о. Вальдемар

Если сама притча призвана укрепить и ободрить людей, смущенных незаметным ростом Царства, то главная задача истолкования – указать на ответственность людей. Вера слишком многих поверхностна и мелка, они видят в Царстве Божьем лишь выгоду, но не готовы противостоять гонениям и жизненным соблазнам.

о. Вальдемар

Сыновья Зеведеевы все еще плохо понимали сущность того Царства, которое приблизилось с приходом Христа. Они до сих пор не поняли, что путь их Учителя уже ведет в страдания. Иисус употребляет здесь два символы: чаша и крещение. Чаша — в Ветхом Завете могла быть метафорой счастливой жизни ниспосланной Богом, но и означать несчастье и погибель. Метафора «крещения», погружения, не имеет ничего общего с обрядом или таинством крещения. Речь идет о предстоящих страданиях, о погруженности в ненависть, боль и смерть. Все это предстоит Иисусу. Могут ли они, Иаков и Иоанн, принять все это?

о. Вальдемар

Образом лозы и ветвей Иисус снова увещевает пребывать в вере и единстве с Ним. Но теперь в предположении плодоношения. именно в плодоношении — смысл и оправдание существования учеников. Именно в плодоношении — прославление Отца.

о. Вальдемар Важиньски

Мария Магдалина — первая, которая увидела воскресшего Иисуса. Сквозь слезы она не могла рассмотреть, приняла Его за садовника. К тому же ее взгляд прикован к могиле, к земле. Нам надо учиться отрывать взгляд от могилы, ведь не там любимые нами, а в небесах, в общении с Иисусом.

о. Вальдемар Важиньски

Фарисеи хотели, чтобы Иисус совершил что-то поражающее, не оставляющее сомнения в том, что Его послал сам Бог. Они были неспособны видеть руку Божью в самых простых и обыкновенных явлениях этого мира. Они требовали от Иисуса знамения с неба не с искренним желанием удостовериться в Его мессианстве, но лицемерили, искушали, желая скомпрометировать Иисуса в глазах народа. Он отвергает их требование.

о. Вальдемар Важиньски

Как притча о горчичном зерне, так и притча о закваске говорят о том, что Царство Божье возникает с чего-то малозаметного. Каждый христианин в своей мирской среде может оказаться единственным верующим во Христа человеком, единственным, кто живет Духом Святым.

о. Вальдемар Важиньски

За Иисусом, о котором разнеслась молва как о великом целителе, последовало множество народа. Но Он настойчиво запрещал говорить о Нем вслух. Почему? На это была у него простая и важная причина. Земная задача, жизнь и помощь людям, все это находилось бы под угрозой, если бы люди уже теперь видели в Нем Сына Божьего как Мессию. Да, Он был помазанный Богом, но представление Иисуса о Мессии очень отличалось от народных представлений.

о. Вальдемар Важиньски